ГОРОДСКАЯ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА

К концу 1944 года Дагестан был одним из регионов, направлявших фронту и тылу максимальные объемы разнообразной продукции. При этом на Северном Кавказе Дагестан был единственным регионом, территория которого не была полностью или частично захвачена германскими оккупантами.

О подлинных планах агрессоров относительно коренного населения Дагестана и Кавказа в целом свидетельствует один из гитлеровских документов: «На Кавказе, как нигде в другом месте России, адаты и мусульманские законы шариата еще крепко держат большую часть горского населения в повиновении… и это нам во многом облегчает задуманную акцию. Горцы по натуре очень наивны и легкомысленны. С ними работать легче, чем с другими национальностями, для которых коммунизм превратился в фанатизм. Нам нужно хорошо вооружить местных бандитов, передать им важные объекты до прихода германских войск, которые они и сохранят для нас. Когда Грозный, Малгобек и другие районы будут в наших руках, мы сможем захватить Баку и установить на Кавказе оккупационный режим, ввести в горы необходимые гарнизоны и, когда в горах наступит относительное спокойствие, всех горцев уничтожить. Горского населения в Чечне, Ингушетии не так уж много, и десяток наших зондеркоманд может за короткое время уничтожить все мужское население. Для этой акции в Чечено-Ингушетии много ущелий, и не будет надобности сооружать лагеря».

Именно через Дагестан, т.е. по кратчайшему пути согласно планам «Браушвейг» и Эдельвейс» вермахт планировал «добраться» до Баку, прорваться в Северо-Восточную Грузию (Хевсуретию) и далее. С другой стороны, через Каспийское море планировалось проникнуть на казахстанский полуостров Мангышлак. Тем самым, советские коммуникации на Каспии оказались бы перерезанными. Западные оккупанты получили бы доступ в Закавказье и к запасам нефти на Мангышлаке (соответственно – к крупному мангышлакскому порту Шевченко).

Вдобавок, не оправдалась нацистская «ставка» на межнациональную рознь в Дагестане, которая по мнению германского командования облегчила бы прорыв как в Баку и Грузию, так и через Каспий. Заметим также, что ни одно дагестанское предприятие, включая эвакуированные, не снижало объемов производства в 1942 году, несмотря на близкое расположение линии фронта. Это тоже иллюстрирует стратегическую роль дагестанского фронта тыла в обороне Каспия и Закавказья.

Однако, несмотря на колоссальные усилия врага, к декабрю 1942 года, опасность вторжения вермахта в Дагестан полностью отпала. При этом о роли Дагестана – самой крупной и наиболее экономически развитой автономной республики в Кавказском регионе – центральные советские издательства и СМИ рассказывали как-то вскользь, мимоходом, весьма лаконично. Видимо, это было связано с хитросплетениями национально-политической линии Москвы на Кавказе и, соответственно, с переделами границ северокавказских краёв, областей и республик в послевоенный период.

Тем более важным было значение махачкалинского и, в целом, дагестанского форпоста обороны в период августа-середины ноября 1942 года. В тот тяжёлый период германские войска, встречая лишь слабое сопротивление Красной Армии, овладели калмыцким посёлком Утта, расположенном по соседству с дагестанским севером. На протяжении 70 километров к югу от этого пункта практически не оказалось советских войск. В том же районе было «открыто» для оккупантов и каспийское побережье.

«Чтобы в ближайшее время лишить противника возможности доставлять нефть с Кавказа, необходимо разрушить используемые для этой цели железные дороги, а также парализовать перевозки по Каспийскому морю…», – отмечалось в материалах германского генштаба (1942 г.). А в июле 1942 г. была разработана специальная парашютно-десантная операция вермахта «Шамиль» для захвата северокавказских, в том числе дагестанских нефтяных промыслов и нефтеперерабатывающих предприятий. Но этого не случилось. И далеко не в последнюю очередь – благодаря стойкости народов Дагестана и успешным действиям советских войск на каспийско-дагестанском и грозненско-моздокском оборонительных участках.

В годы войны Дагестан дал фронту 180 тысяч воинов, из них погибло более 90 тысяч. Десятки тысяч дагестанцев награждены орденами и медалями; 60 человек заслужили звание Героя Советского Союза; 7 – стали полными кавалерами ордена Славы трех степеней. Что же касается значения тыловой экономики Дагестана, то вот лишь некоторые примеры и факты: уже к середине ноября 1941 года из 40 промышленных предприятий Махачкалы 22 выполняли сугубо военные заказы. В исключительно сжатые сроки – к октябрю 1942 г. – в Дагестане были размещены и со второй половины того же месяца 1942-го стали работать эвакуированные предприятия: из Запорожской области – машиностроительный завод, из Ростова-на-Дону – «Красный металлист», «Красное знамя», «Красный молот». Всего в Дагестане (в гг. Махачкала, Буйнакск, Дербент, Избербаш, Дагестанские Огни) в 1942-1944 годах работало свыше 20 эвакуированных предприятий. Несмотря на большие трудности, трудящиеся в короткий срок перевели экономику республики на обслуживание нужд фронта. Достаточно сказать, что к середине ноября 1941 г. из 40 промышленных предприятий Махачкалы 22 уже выполняли военные заказы. В соответствии с девизом «Всё для фронта, всё для победы» работали «Двигательстрой», завод им. М. Гаджиева, ремонтные мастерские махачкалинского завода, химзавод, нефтеперегонный, бондарный заводы, мебельная фабрика, стекольный завод «Дагогни», предприятия лёгкой и пищевой промышленности.

Промышленность Дагестана выпускала около 40 видов вооружения и боеприпасов: минометы, пулеметы, бомбы, мины, гранаты, патроны и другие военные изделия. В 1942 г. в период Сталинградской битвы и битвы за Кавказ для удовлетворения нужд 4-й и 58-й армий Закавказского фронта изготавливали до 216 названий военных изделий, наладив их массовое производство.

Следует отметить, что опыт организации вооружения и боеприпасов предприятиями Дагестана использовали коллективы предприятий союзных и автономных республик Закавказья и Северного Кавказа. Например, в ноябре и декабре 1941 г. для изучения опыта организации и освоения одного из видов вооружения на «Двигательстрой» приехали представители ряда республик, краев и управления по выпуску данного вида оружия, и затем они организовали у себя производство этого оружия.

Помимо этого, нефтяники Дагестана в годы войны увеличили добычу нефти в 2,7 раза, а природного газа – в 4 раза, что позволило направить на нужды фронта и тыла 813 тыс. тонн нефти и 120,5 тыс. тонн газа. Плюс к тому, благодаря самоотверженному труду медицинских работников в Дагестане, с 1 июля 1941 г. по 1 июля 1945_г. почти 80 % раненых советских солдат и офицеров, лечившихся в Дагестане – всего проходило лечение в Дагестане свыше 30 тыс. военных, были возвращены в строй. А на средства, собранные дагестанцами в военный период, были построены 3 бронепоезда, танковая колонна, 5 авиаэскадрилий.

Возвращаясь к теме участия граждан республики в боевых действиях, проявленному ими мужеству и героизму, приведём характерный эпизод: в апреле 1944 года группа разведчиков, среди которых был уроженец аула Карата Ахвахского района Дагестана Магомед-Загид Абдулманапов, попала во вражескую засаду. Нацистам удалось схватить героев. В ходе допроса, заметив, что Магомед-Загид Абдулманапов не похож на русского, гитлеровцы удивлялись: «Ты же не русский, чего ты молчишь? Откуда ты?» Магомед-Загид Абдулманапов ответил: «Мы все дети матери-Родины – России!»

Изменение политики советских властей по отношению к религиозным объединениям и организациям принесло положительные результаты и в Дагестане. 16 мая 1944 года было принято постановление Президиума Верховного Совета ДАССР о создании Духовного Управления мусульман Северного Кавказа. 23 июня 1944 г. на съезде духовенства Северного Кавказа, состоявшегося в Буйнакске Дагестанской АССР, был принят Устав ДУМСК. В истории известно немало примеров патриотических выступлений представителей мусульманского духовенства Дагестана в годы Великой Отечественной войны. В различных районах республики были вновь мечети, в том числе (ещё в 1943 г.) Дербентская джума-мечеть, закрытая в 30-е годы. С 1938 по 1944 год мечеть находилась в ведении НКВД ДАССР, где была размещена городская тюрьма. 17 декабря 1944 г. в мечети был проведен шиитский праздник «Шахсей-Вахсей», а 21 декабря Мирахмед Сеидов во время богослужения и проповеди молился Аллаху о даровании долгих лет жизни Верховному главнокомандующему маршалу И. В. Сталину и об окончательной Победе Красной Армии над врагом.

В приветствии Совнаркома СССР и Центрального Комитета ВКП(б) от 13 ноября 1945 года, в связи с 25-летием объявления автономии Дагестана, отмечалось: «…В годы Отечественной войны народы Дагестана показали свою преданность Родине. Тысячи воинов-дагестанцев за мужество и отвагу, проявленные в боях с врагом Отчизны, награждены орденами и медалями Советского Союза. Самоотверженный труд рабочих, колхозников и интеллигенции Дагестана способствовал завоеванию победы советского народа над врагом» .

Чрезвычайные условия Великой Отечественной войны подвергли прочность Дагестана и его полиэтническую государственность серьёзным испытаниям, которые республика прошла с честью. Роль Дагестана, да и многих других районов Северного Кавказа и Закавказья в обороне Кавказа и Прикаспия в годы Великой Отечественной войны переоценить сложно. Поэтому «белые пятна» в этой тематике пора устранять. Поскольку это стратегически важно для укрепления общероссийского межнационального и внутриполитического пространства.

 

Алексей ЧИЧКИН

№ 20, 19.05.2017